назад

«Три мушкетера: кто на новенького?»

«7 дней» №46, 2007 год

 

Макар и его команда

Д’Артаньян вымаливает разрешение помочь ребятишкам — и на сутки великолепной четверке дают возможность вмешиваться в земные дела…

Надо сразу сказать: Дюма к сюжету фильма отношения почти не имеет, все придумал режиссер Георгий Юнгвальд-Хилькевич. По его воле у д’Артаньяна появится дочь Жаклин — ЛянкаГрыу, у Арамиса — сын Анри — Антон Макарский, дочь Портоса Анжелику сыграет Ирина Пегова, сына Портоса Леона — Дмитрий Нагиев, ну а сына Атоса Рауля, который был и в книге Дюма, сыграет Данила Дунаев. Когда давно спевшейся команде отцов подбирали детей, у режиссера мелькнула мысль сделать дочкой д’Артаньяна Лизу Боярскую, потом он загорелся идеей снять Анастасию Заворотнюк.  Но та не захотела конкурировать с дочкой Боярского, о чем написала режиссеру нежнейшее письмо с извинениями. Взять на роль сына Атоса Данилу Дунаева режиссеру посоветовал Дунаевский, который увидел его в «Тайнах дворцовых переворотов». А вот кандидатура дочери Портоса вначале напрягала режиссера: «Ирину Пегову мне предложил наш инвестор, поэтому я отнесся к ней очень настороженно. В «Мушкетерах» мне сверху навязали Ирину Алферову — и я ее не снял как следовало, потому что был против нее настроен. Но в Пегову я влюбился!»

Шутник де Жюссак

«Возвращение мушкетеров, или Сокровища кардинала Мазарини» так и просится в Книгу рекордов Гиннесса. В этом уникальном фильме в тех же ролях, что и тридцать лет назад, снялись одни и те же актеры. Прошли годы, и актеры изменились вместе со своими героями. И все же…
Все мушкетеры, несмотря на возраст, сами фехтовали и скакали на лошадях. Игоря Старыгина, который неважно себя чувствовал последнее время, гримерам все же пришлось старить дополнительно. Смирнитский так и не дорос до габаритов Портоса. Но если в молодые годы к его худому животу привязывали «толщинку», то сейчас хватило нескольких жилетов, надетых один на другой.
Как и в 1978 году, Анну Австрийскую сыграла Алиса Фрейндлих, гвардейца де Жюссака — знаменитый постановщик фехтовальных трюков Владимир Балон, а музыку написал Максим Дунаевский. Конечно, добавились и новые персонажи: Людовик XIV (Дмитрий Харатьян), королевский советник Жан Батист Кольбер (Александр Ширвиндт) и госпожа де Круаль — своеобразная замена злодейке Миледи (Алена Яковлева).
Как гласит народная мудрость, не тот отец, который родил, а тот, который воспитал. Главный «отец родной» на площадке — знаменитый постановщик трюков Владимир Балон, который начал учить «детишек» фехтованию за два месяца до съемок. Он играет врага мушкетеров, гвардейца де Жюссака. Но в жизни он главный заводила в мушкетерской компании. В последний съемочный день Владимир Яковлевич заставил ахнуть всю группу. Снимался поединок де Жюссака и д’Артаньяна, в конце которого де Жюссак падает. Репетиций было много, дублей тоже. Наконец сняли последнюю сцену — Балон тяжело рухнул, на его побледневшем лице выступил холодный пот. Перенесший два инфаркта 76-летний Балон лежал и не шевелился. Боярский побледнел. Когда дали команду к съемкам следующего дубля, Владимир Яковлевич не встал, а слабым голосом попросил полушку. Тут вслед за Боярским побледнели все присутствовавшие, а Балон довольным голосом сказал: «Ну что вы! Я пошутил!» Перед съемками Балон сошелся в поединке с художником-постановщиком.
Тот считал, что шпага должна быть красивой, а Балон, который ставил трюки в полусотне фильмов, — что прежде всего удобной. Шпаги с красивыми эфесами были намного тяжелее: с такими учиться фехтовать неудобно и долго сражаться тяжело. Два месяца длился поединок, в результате которого шпага становилась все легче и легче, а в итоге потеряла 400 граммов, приблизившись к спортивным шпагам. 

Конь-огонь

Управляться с лошадьми помогала наездница из Львова Лариса Джаркас, которая в 17 лет учила мушкетеров держаться в седле и была дублершей Маргариты Тереховой! Хотя она живет в Сирии, но приехала в родной Львов на съемки и оставалась до последнего дня. Она нашла даже «двойника» Хасхана — коня д’Артаньяна из первого фильма, рыжего с белой пролысиной. В этот раз Джаркас выполняла трюки за Ирину Пегову. Ирина и сама умеет скакать, но на съемках она была с годовалой дочкой, а долго скакать в жару в тяжелом костюме кормящим матерям не рекомендуется.
ЛянкаГрыу — дочь д’Артаньяна — впервые села на лошадь в этом фильме и полюбила лошадей, хотя в ее отношениях с ними были и опасные моменты. «Мало того, что в Свирже я упала с коня. Во Львове у армянской церкви надо было проскакать галопом, а после ливня по скользким камням ноги у лошади разъезжались. Узкая улочка, поворот, и скачешь вдоль железной ограды, украшенной пиками. Если лошадь подвернет ногу, всадник упадет на эти острые пики, а лошадь порвет сухожилие. Перед дублем я сидела верхом и рыдала, Антон Макарский повернулся ко мне и сказал: «Держись, Пацан!» Кадр получился очень красивый. Но какой ценой далась эта красота…»
А вот Дмитрий Нагиев скакать совсем не рвался, но его дублер в начале съемок повредил позвоночник, упав с лошади на тренировке: «Во всех оставшихся сценах снимался сам. Вначале не знал, где у лошади зад, где перед, а к концу съемок делал некоторые трюки, которые в кадре симпатично смотрятся. Бедная пятая точка в результате близкого знакомства с седлом превратилась в кровавое месиво. Все ранозаживляющие мази перепробовал! Потом выяснилось, что мое седло было бутафорским. Его режиссер взял, чтобы украсить кадр. Наездники в нем скакать вообще отказывались, а я продержался трое суток! Я же не знал, что оно неправильное…» А вот Макарский… чихать на лошадей хотел! Точнее, не хотел — это у него само получалось. Нет, актер хорошо держится в седле, вот только на лошадей у него аллергия. Стоило лошади начать потеть, Антон начинал жутко чихать. По сценарию после смерти мушкетеры оказываются в чистилище, но актеры на съемках в Одессе и Львове угодили прямиком в адское пекло: в июле и августе температура там редко опускалась ниже сорока градусов. А работали под палящим солнцем в тяжелых костюмах, ботфортах, шляпах, париках. При малейшей возможности все спешили к морю, снимая на ходу верхнюю часть костюма, и обливались водой. О том, чтоб окатить водой голову, загримированные актеры в париках и приклеенных бородах могли только мечтать. Съемочной группе «повезло» не только с погодой, но и с местной фауной. Летом 2007-го на побережье было огромное количество змей. К ним мало кто относился с симпатией, но чемпионом по боязни оказался второй режиссер Вера Крюкова. Она не стала визжать и передергиваться, как другие, а просто, услышав слова: «Ой, змея!» — упала в обморок. Впредь, чтобы не тормозить съемочный процесс, при ней слово «змея» никто не произносил. Завершили съемки в сентябре в Петербурге. Кстати, им планировалось не заканчивать, а начинать эпопею. Но из-за международного форума в начале июня дворцы Северной столицы были закрыты для съемок. Узнали об этом только в конце мая и срочно направились в экспедицию в Украину, где ударными темпами кинулись достраивать декорации. Во Львове никак не успевали со сложнейшими «винными подвалами Портоса», поэтому начали со съемок в поселке Фонтанка Одесской области — там поставили декорацию пещеры, где от гвардейцев кардинала прятались Портос и Арамис, домик капитана порта и форт. Декораторам омрачали работу дожди. Во Львове ливни даже задержали возведение декораций. Там любой дождь размывал почву, и трактор с лесом для строительства не мог проехать. Декораторы потом так и жили в поле, чтобы строить даже ночью. За день до съемок привезли мушкеты не той формы, какой нужно, и пиротехник с декоратором ночью довели их до кондиции. В Одессе для де Жюссака сделали карету без тормозов: была вероятность, что во время езды по холмистой местности она перевернется, — довели до ума и ее.

Своя ноша не тянет

И под конец о самом приятном. То есть о бриллиантах. Похищая у мушкетерских детей сокровища Мазарини, де Круаль, наверное, не раз пожалела, что на дворе семнадцатый век и полиэтиленовые пакеты появятся лишь лет через триста: несметные богатства хранились в тяжеленном кованом сундуке. Если верить реквизиторам, он весил семнадцать килограммов. Но Алене Яковлевой казалось, что тонну. На съемках побега Яковлева должна была умчаться от погони в карете. Из последних сил сжимая сундук, ковыляя, Алена добежала до кареты и крикнула: «Поехали!» Лошади лихо поскакали под горку… а карета осталась! Оказалось, плохо запрягли. Вдобавок капризный сундук трудно открывался. Чтобы замок можно было открыть, его надо было не очень плотно закрыть. Естественно, когда Яковлева бежала, злополучный сундук распахивался, содержимое — бусы, ожерелья и браслеты — вываливалось и реквизиторы искали его в песке. Уже в Москве на съемках финальной сцены, где сокровища возвращают Анне Австрийской, сундук повторил любимый фокус ночью, когда измученная жарой и долгими съемками де Круаль дралась с не менее измученной дочкой Портоса. Первым вывалилось бриллиантовое колье королевы, которое берегли как зеницу ока — украшение за пятьсот тысяч евро взяли в аренду в одном известном ювелирном Доме. В комплекте с колье Анны Австрийской миниатюрная Алиса Бруновна получила пару двухметровых охранников, которые постоянно следовали за ней. А если ей хотелось переместиться куда-нибудь без свидетелей, Фрейндлих сдавала колье охранникам. Да уж, с алмазными подвесками тридцать лет назад можно было так не церемониться: тогда их купили в одном из галантерейных магазинов Львова…